Российские немцы-трудоармейцы, Богословлаг
   
RusDeutschО ПРОЕКТЕТЕКСТЫ  ПОИСК ПО БАЗЕ  КАРТОГРАФИЯДОКУМЕНТЫБИБЛИОГРАФИЯОБ АВТОРАХ

Эзау Я.

Краснотурьинск - в сердце моем*

…Наверно у многих пожилых людей на склоне лет возникает ощущение, что еще что-то главное в жизни ты не сделал. Возникло такое ощущение лет пять назад и у меня. Активная часть жизни прожита. Не скажу что зря, - все же и мой кирпич в создание нефтегазового комплекса Тюменской области заложен. Однако кирпич, - это и есть кирпич. А все ли я уже совершил в духовном плане, что мне было предначертано свыше? Нет ли за мной еще долга в этой жизни?

С юных лет я считал своим долгом рассказать своим соотечественникам о своем народе. Жизнь же рано дала мне понять, и это понимание сохранилось до 90-х годов ХХ века, что задача эта невыполнима.

Но пришла перестройка, гласность. Разрешили "чирикать". Только о чем может "начирикать" человек уже 60 лет оторванный от своего народа? И кто такой "наш народ"? Какова наша история, культура, традиции? Ничего этого я не знал. Мало что знали о своих корнях и мои родственники, жившие компактно. Знали они религию. Но, уже не религию своих предков. По сведениям всех советских энциклопедических словарей- меннонитов во всем мире насчитывается 300 тысяч, только в Советском Союзе их нет.

Да и откуда нам знать свою историю? Дедов наших с бабками раскулачили и сослали "за болота", и там уничтожили за то, что на своей земле работали. Никто оттуда не вернулся. Остались наши отцы, которые не "провинились" в том, что обрабатывали свою землю. Была у них другая "вина": у них в паспорте записано — немец. Научили наших отцов в 40-е годы молчать. Может, те немцы, что жили компактно в деревнях, и - рассказывали своим детям (нашему поколению) о своем народе. Но только не те немцы, которым удалось из деревни вырваться (как моим родителям). Тем более, что жизнь и нас уже научила: от своего прошлого надо держаться подальше. И не стало немцев в России. Осталась у нас только запись в паспорте - немец. Хотя немцами по языку мы (наш народ) не являемся. Называется наша национальность - плаутдитш. То есть мы такие же немцы, как поляки - русские. Возможно, кое-что о нашем народе знают преподаватели немецкого языка. Но они в 90-е годы книг не писали.

Вот те мотивы, которые побудили меня в конце прошлого века сесть за клавиатуру компьютера и написать книгу "Солончаковка - годы сороковые". Как говорится: не знаешь сам - научи других. Книга написана и, может быть, будет издана.

По первоначальному замыслу - это книга о жизни немецкой деревни на переломе ее истории. Хотелось показать: как начала исчезать немецкая нация. Но, не получилась у меня книга без трудармии. Именно там в эти годы были все трудоспособные немцы. Вот и появился в моей книге Краснотурьинск, в котором я прожил в 1950 году 5 месяцев.

Начал я писать книгу не имея никакой информации о жизни и быте трудармейцев. Информация (документы, публикации, воспоминания) появились после. Нет в этой информации противоречий с тем, что у меня написано. Но, безусловно, будь эти материалы у меня раньше, книга получилась бы лучше.

Из всех полученных после материалов, особо хочется выделить воспоминания Георгия Францевича Вильмана. Прочитав его откровения, я понял, что хотя бы раз в жизни надо побывать в городе судьбы моих родственников и поклониться мемориалу погибшим трудармейцам.

И в конце августа этого года мы с женой в Краснотурьинске побывали. Ниже читателю предлагаются наши впечатления об этом небольшом городке на самом севере Свердловской области…(пропущены стр.2-8).

Казалось бы: выехали все уже в Германию. Выходит - не все. Да, и те, что выехали, не забывают свою Родину. Встретили мы на бульваре Мира супружескую пару (уже пенсионеры) из Гамбурга. Он немец (отец его был в Краснотурьинске в трудармии), жена - русская. Четыре года назад они выехали из Краснотурьинска в Гамбург. Но забыть свою Родину не могут. Приехали поклониться своим сородичам на немецком мемориальном комплексе. Сфотографировались они и у мемориала погибшим воинам.

Русские и немцы. В Краснотурьинске они прекрасно ужились. Высказали мы администратору гостиницы свое восхищение городом. "Это потому, что здесь немцы живут", - сказала администраторша. Не знаю, при чем тут немцы? Проект, ведь, ленинградский! "Проект-то ленинградский, но воплощали его краснотурьинцы, возразила администраторша. Вы побывайте в нашем районом центре, тогда узнаете, причем тут немцы! Там немцев нет". Не знаю. Не поехали мы в районный центр. Однако же отрадно, что русские себя совсем не чувствуют дискомфортно от соседства с немцами. Знакомясь с жителями Краснотурьинска, понимаешь, что тут уважительно относятся ко всем храмам, - православным, лютеранскому и новоапостольскому. Никто не рискнет здесь бить окна в храмах. И никогда не появится в этом городе учитель истории заявляющий: "... Мы образовали державу, а уже в нашей державе живут другие национальности" (Тюменский Курьер от 30.09.04 "Соборная мечеть и мы с вами"). И никогда краснотурьинские учителя не пошлют по домам своих учеников с опросом: как вы относитесь к соседству с немцами. Не пошлют, потому что немцы в этом городе не "они", а "мы" - краснотурьинцы, бок о бок живущие с русскими, и делящие с ними все радости и печали.

Итак, дорогой читатель, ты познакомился с городом и горожанами. Осталось тебе рассказать, что же такое

Трудармия

Не ищи, уважаемый читатель, это слово в словаре Русского Языка. Нет его там. Только в душе 2 миллионов советских немцев это слово сидит занозой.

Работая три года над своей повестью о трудармейцах, я пытался осмыслить, для чего же она была создана эта самая трудармия? Власть опасалась, что немцы недостаточно добросовестно будут воевать против немцев? А относительно русских власть этого не опасалась? Для чего же в таком случае существовал заградительный заслон? Власть опасалась, что немцы в массовом порядке будут сдаваться в плен? А как же несколько миллионов русских, сдавшихся в плен в первые месяцы войны? И притом, если, какие-то опасения относительно немцев и существовали, то можно было бы рассредоточить немцев среди русских, и воевали бы они не хуже киргизов и казахов.

Невольно приходишь к выводу, если какие-то опасения у власти и были, то объясняются они паранойей самой власти.

Нет смысла еще раз доказывать, что не было никаких оснований для выселения немцев с Поволжья в 1941 году (в 1942 году - другой вопрос). Если какие-то опасения у власти и были, то объясняются эти опасения той же самой ее паранойей. Советские немцы тут ни при чем, - это давно уже доказано.

Так что же власти все же от советских (российских) немцев надо было? Оставим вопрос о том, зачем их в Россию пригасили. Как пригласили, так и вытурить можно было, что при Ельцине и сделано. Но это так же просто можно было сделать и в течение всего прошлого столетия. Так почему же, считая немцев потенциальными врагами России (советской власти) их все же из России в течение 100 лет не выпускали? Ведь по Брестскому мирному договору (впоследствии неоднократно подтвержденному) немцы имели право выезжать из России по первому требованию. Такие просьбы от десятков тысяч немцев в течение прошлого столетия неоднократно поступали. Но их то прикладами в Москве загоняли в телячьи вагоны и отправляли на постоянное место жительство (зачастую с конфискацией имущества), то, вместо эмиграции, ссылали "за болота" или расстреливали. Что это за маниакальное стремление иметь этих потенциальных диверсантов у себя под боком?

Подоплека экономическая. Малочисленные немцы всегда играли заметную роль в экономике России. Вспомните Обломова и его управляющего - Штольца. Это типичное взаимоотношение между русской и немецкой элитой в России. В течение почти 200 лет 40% управляющих заводами на Алтае и губернаторов в Томской губернии были немцы. Первые железные дороги России проектировались и строились под управлением немцев. Половина знаменитых русских мореплавателей - немцы. Свободные землепашцы в России - немцы - демонстрировали более высокую культуру земледелия. В эпоху продразверстки наиболее значительные экспроприации были в немецких деревнях. Всего этого лишаться власть опасалась. Потому немцев и не отпускали на все четыре стороны. Немцы сопротивлялись первым мероприятиям советской власти? А русские не сопротивлялись? Антоновских и прочих восстаний не было? Все было! Только не было какой-то особой вины немцев перед русскими. Было другое. Было желание власти (и царской в начале ХХ века и советской) иметь под рукой козлов отпущения за весь тот идиотизм, который они творили. Российские немцы для этого подходили идеально. Пролетариат (голодранцы) всегда ненавидели тех, кто лучше их живет. А немцы 200 лет жили в России зажиточней русских. Так что на удобренную почву упали семена ненависти, посеянные властью.

Вот поэтому-то советские немцы и оказались не в действующей армии, а в трудовой, но тоже через военкоматы.

Ну, хорошо, трудармию создали. Загнали за колючую проволоку сотни тысяч немцев, объявив их предателями. Страна напрягала последние силы, организовывая отпор врагу. Казалось бы, в этот момент все, не отправленные на фронт, людские ресурсы должны быть сосредоточены на производстве вооружения. Или, в крайнем случае, на возведении объектов, на которых в ближайшее время приступят к производству вооружения. Возводимый в Турьинских Рудниках Богословский алюминиевый комбинат к таким объектам не относился. Это была стройка на перспективу.

Начальником БАЗСТРОЯ с 30.10.41г. по 27.07.43г. был Б. К. Кронов. Это его сталинские соколы успели загубить 2985 человек (87% от 3462). Всего по данным архива УИТЛК по Свердловской области в этом лагере было трудмобилизованных немцев-10196. Так что, уважаемый читатель, ты сам можешь догадаться, что в трудармейских концлагерях творилось. Всего таких лагерей было только в ведомстве НКВД – 34- преимущественно на Урале. Были трудармейские концлагеря и в других ведомствах.

Не буду утомлять Вас подробностями быта трудармии. Все это описано в документальной повести трудармейца Г. А. Вольтера "Зона полного покоя".

Но один эпизод из воспоминаний Вильмана Георгия Францевича, ушедшего после высылки из Поволжья добровольцем в трудармию (он думал на фронт!) в возрасте 17 лет из деревни Быструха Абатского района Тюменской области (тогда еще - Омской), надо привести: "В один из теплых апрельских дней 1943 года, когда вся наша бригада спала, после ночной смены по погрузке вагонов, я вышел из барака и решил немного прогуляться.

Время уже после обеда. Зона пустая - все на работе. Добрел до так называемой главной улицы, дороги от ворот зоны до кухни, мимо большого барака, где размещались "доходяги ". Несколько доходяг сидели на завалинке, и грелись на солнце. В это время в зону заезжала подвода. Два амбала из кухни на розвальнях (снег еще не сошел) везли овощи для трудармейской баланды - мерзлую капусту. Была она, по-видимому, срублена поздней осенью в дождь, и с грязью смерзлась. Когда подвода проезжала мимо барака, один из доходяг, обезумевший от голода, схватил с воза вилочек этой смерзшейся с грязью капусты, и пытался убежать. Через три шага один из этих упитанных амбалов его догнал, и ударил кулаком сзади. Доходяга упал. Когда его повернули, чтобы отобрать капусту, он был уже мертв. Но вгрызться зубами в вилок, он все-таки успел. Когда у него вилок отобрали, то в зубах у мертвого доходяги остался кусочек смерзшейся с землей капусты. Проглотить его он не успел.

Увиденное меня потрясло. Я тихо удалился: быть свидетелем такой сцены не совсем безопасно.

Эти два амбала тоже были трудармейцами...

62 года прошло с того кошмарного времени. Все реже и реже вспоминаются годы и события моей трудовой армии. Но каждый раз, когда я вспоминаю те годы, в памяти невольно всплывает образ покойника с открытым ртом, и сжатым зубами маленьким кусочком смерзшейся с землей капустой ".

Воспоминания Георгия Францевича большие - на 40 страницах мелким почерком. Получил я их уже после того, как моя книга находилась в издательстве. И хотя эти воспоминания ничем не противоречат тому, что у меня в книге написано, но они, во-первых, являются живым свидетельством быта краснотурьинской трудармии. Во-вторых, прекрасно дополняют содержание моей повести деталями быта. Поэтому я эти воспоминания задним числом в издательство выслал с просьбой, опубликовать их в виде эпилога к моей повести. Надеюсь, издательство сочтет возможным выполнить мою просьбу.

Несколько слов о плотине. Работали трудармейцы на нескольких объектах (сам комбинат, электроцентраль, кирпичный завод, лесоповал и плотина). В этом ряду плотина занимает особое место. Когда идешь по ней, зримо ощущаешь объем выполненных работ. Все вручную - кирками, лопатами и тачками. Алюминиевое производство требует большое количество воды. А воды в Турьинских Рудниках не было. Речушка Турья не в счет. Ею комбинат не напоишь. Поэтому ее и требовалось перегородить плотиной. Да, масштабы выполненных вручную работ впечатляют. Но еще больше впечатляет то, что идешь, практически по трупам трудармейцев. Об особой смертности этой стройки единодушно говорят все свидетели. Помнишь читатель слова Н. А. Некрасова:

"А по бокам-то все косточки русские...

Сколько их! Ванечка, знаешь ли ты?"

из его стихотворения "Железная дорога"? Только в данном случае косточки немецкие, и бочку вина немцам никто в конце стройки не выкатил. И никто им не сказал ободряющих слов "молодца! .. молодца! ..", как похвалил вольнонаемных (по Некрасову строителей дороги согнал сюда голод) немец П. А. Клеймихель, который строил для России железную дорогу, и о котором с такой ненавистью пишет великий русский поэт.

Скоро мы будем отмечать 60-тилетие Великой Победы. Но, как и раньше, не ищите среди орденоносных стариков трудармейцев. Не заслужили они орденов. И мемориалы им сооружаются почти контрабандой. Когда отец увидел мою медаль "3a трудовую доблесть", он только горестно вздохнул: "Значит, я плохо работал". Можете себе представить, как эта медаль обожгла мне руки!

А как же работал мой отец в трудармии. Ничего я об этом не знал до этой поездки в Краснотурьинск. Но там, в краеведческом музее, вроде бы, нашел некоторые сведения о нашем отце. Но об этом чуть ниже.

Да, искал я в музее, прежде всего, материалы о трудармии. Не надеялся найти, но искал. К своему удивлению - нашел. Несколько стендов. Конечно, бесполезно искать в музее все то, о чем я тут пишу. Музеи создаются для победных реляций. В них собирается все положительное. Нужны герои, построившие алюминиевый завод, город, плотину, теплоэлектроцентраль и кирпичный завод? Пожалуйста. Вот они все в парадной форме (по случаю, фотографирования), затянутые в портупею, с решительными, волевыми лицами. Весь их облик говорит о том, что они выполнили свой долг перед родиной. И им было чем гордиться! А чем им можно гордиться, будет сказано в разделе "Книга памяти". И в музее должны быть увековечены именно они! И этим, затянутым в портупеи патриотам своей родины я посвятил стихотворение:

Проспект

Черные силы идут в наступление.

Кровавый за ворогом тянется след.

Горе людское взывает к отмщению,-

По костям трудармейцев проложим проспект!

В кремле провалили военную акцию.

Народу же нужен достойный ответ:

Предали нас нехорошие нации,-

По костям трудармейцев проложим проспект!

За вышки с собаками согнаны парии,

Чтоб воплотить Военграда проект.

Этот концлагерь назвали трудармией.

По костям трудармейцев проложим проспект!

Холодом, голодом гадов морили,

Адским трудом возводился объект.

Трупы на свалку возами свозили,-

По костям трудармейцев проложим проспект!

Погнали на запад фашистскую нечисть.

В душе трудармейцев забрезжил рассвет.

Растет Военград. Бить врага уже есть чем.

По костям трудармейцев проложим проспект!

Война завершила кровавую жатву,

Погибшим солдатам стоит монумент...

Уже Военград наступает на свалку,-

По костям трудармейцев проложим проспект!

Центральный проспект через трупы проложен,

Под гулом машин слышен стон трудармейский,

Геройский их труд все ж достойно отмечен...

Имя проспекту - палач их - Блохинский!

Есть в Челябинске такой проспект другого насекомого, тоже кровососущего, зато Героя Социалистического Труда - палача трудармейцев.

Слов нет: именно эти люди организовали обеспечение фронта всем необходимым в годы войны. Именно под руководством Сталина, Берии и их подручных достигнута победа в войне. Но, ставя им в наши дни мемориальные доски, чеканя монеты с их изображением и восстанавливая им памятники следует задуматься: а достойны ли они таких почестей. Кто смоет с их рук море крови пролитой при коллективизации, в кровавой бане тридцатых годов, невинно уничтоженных в трудармейских лагерях и бездарно загубленных на войне?..

А трудармия - спросит читатель, - о ней в музее ничего нет? Есть, уважаемый читатель, есть. Есть панорамный снимок начала строительства плотины. Люди на этом снимке, как муравьи. Их не рассмотришь. Есть и снимок со сторожевой вышки в сторону тайги. Бараков на нем не видно, зато на заднем плане видна колючая проволока. Совсем не страшно. Есть и снимки нескольких передовых бригад ("снимки разных лет" – конечно не 1942-43 годов). Улыбаются трудармейцы ("внимание - сейчас птичка вылетит"). Еще бы не улыбаться, - выжили! А вот плана или макета лагерей в музее нет. Элементов их быта, тоже нет. Это ж такие мелочи! То ли дело фуражка знатного фрезеровщика!

И все же подвиг трудармейцев в краеведческом музее отражен. Оказывается, на этой стройке выпускалась газета "Сталинская стройка". Вот уж, воистину, Сталинская!

На одном из стендов выставлена газета № 16 за 3 марта 1943 года. В этой газете опубликован приказ товарища Сталина. Привожу его дословно:

"Начальнику БАЗСТРОЯ т. Кронову. Прошу передать строителям Базстроя, собравшим 1.547.900 рублей на постройку танковой колонны "строитель Базстроя", мой братский привет и благодарность Красной Армии. И. Сталин"

Только руками остается развести. Сталинские соколы во главе с Кроновым к моменту опубликования этого приказа успели уничтожить 2462 сталинских братьев (71% от общего числа уничтоженных в Краснотурьинске трудармейцев за годы войны). А эти "братья" в это время собирали деньги на танковую колонну?! Что на это сказать? И как Вы думаете, по чьей инициативе собирались эти деньги. Только не смейтесь! Есть в этой газете ответ и на этот вопрос. В передовице сказано, что деньги собирались по '4 инициативе охраны! Вы только представьте: люди каждый день сопровождающие с винтовками и собаками трудармейцев на работу и с работы и покрикивающие "Шаг вправо, шаг влево - считается побег. За побег расстрел на месте!". Эти самые люди агитируют трудармейцев на сбор денег на танковую колонну! Как на это реагируют трудармейцы? А как на это мог реагировать тот доходяга, который умер с кусочком мерзлой капусты с землей в зубах? А, ведь, он тоже свои деньги на танки отдавал, - еще жив был. Что же он на эти деньги жизнь свою не сохранил?

Думаю, всем понятно, что никаких денег у трудармейцев не было. Их паек, то есть шанс выжить, зависел только от выполнения норм. А все заработанные ими деньги автоматически перечислялись в этот самый фонд. Так что никаких проблем у Кронова со сбором средств не было. Но проформа должна соблюдаться. Поэтому и инициатива снизу (охрана). А охране что? Она на государственном довольствии. И, чтобы не попасть на фронт, можно и инициативу проявить по сбору средств. На их пайке эта инициатива не отразилась.

И все же инициатива и энтузиазм среди трудармейцев были! Уже была победа на Сталинградском фронте. Уже у людей появилась надежда. И они, несмотря ни на что, стремились и своим трудом приблизить победу. Этому мы находим подтверждение в этой же газете. Вам понятно, что на приказ товарища Сталина нужно ответить ударным трудом. Цитирую полностью еще одну заметку из этой газеты:

"7 норм за смену!

Высокой выработкой отвечают рабочие энергоотдела на приказ Верховного Главнокомандующего товарища Сталина. Вчера, встав на сталинскую вахту, звено т.Эйзау, работая на прокладке высоковольтной линии, за 6 часов выполнило сменную норму на 712%".

Что в этой заметке, правда, что ложь? И кто такой этот виртуальный Эйзау?

Почему виртуальный? Потому, что фамилии "Эйзау" в природе не существует. И в "Книге памяти" такой фамилии, тоже, нет (а в этой книге перечислены все фамилии). Зато фамилия Эзау на нашем языке (плаутдитш) действительно произносится так, как она написана в газете. Значит, она воспринята редактором газеты на слух. В "Книге памяти" две фамилии "Эзау". Оба они из Европы, и оба погибли в 1942 году, то есть они этого трудового подвига не совершали. И вообще, шансов выжить у украинских Эзау не было. Думаю, что почти все сибирские Эзау мне известны. Из всех их только мой отец мог быть звеньевым (и он им был). А раз так, то в заметке написана почти, правда. "Почти", потому, что 6-ти часовых рабочих смен не существовало. И газета все же не выдала секрета, как этот рекорд был достигнут. А я догадываюсь. Знал у меня отец один секрет. Широко применял он его, работая после трудармии прорабом в заготзерно. Применял при подготовке фундаментов под склады. Фундаменты под склады всегда готовили зимой, чтобы к лету фронт работ был подготовлен. И никаких проблем с долбежкой мерзлого грунта в бригаде отца не было, так как применял он электроотогрев. Вот этот метод, вероятно, и позволил его звену добиться такой выработки при подготовке опор зимой под линии электропередач. Так что относительно инициативы и энтузиазма газета абсолютно права. Тем более что за такой энтузиазм полагался премпирожок. А это много значило, так как это - жизнь.

И все же главный подвиг моего отца, видимо, не в этом. Мой старший двоюродный брат, работавший в бригаде отца, мне неоднократно говорил: "дядя Коля (мой отец - Я.Э.) сохранил нам жизнь". "Как он мог сохранить Вам жизнь?" - допытывался я у брата. "А он заставлял нас растягивать свои съестные запасы до последнего". Как можно было заставить того "доходягу", о котором пишет Г. В. Вильман растянуть свои запасы, я себе представить никак не мог. Уже работая над книгой, и хорошо зная своего отца, я эту ситуацию продумал, и в книге описал.

После войны уже стало понятно, что на медаль энтузиазм трудармейцев тоже тянул. И в дни победы, выжившие трудармейцы, должны были быть на равных в одном строю с выжившими участниками войны. С одинаковыми регалиями. Увы! Только одну награду получили отличившиеся трудармейцы: слиток первой плавки алюминия, выплавленного 9-гo мая 1945 года. Есть фотография процесса этой плавки в краснотурьинском музее.

Есть этот слиток и в нашей семье с выгравированной на обороте гвоздем фамилией и инициалами нашего отца. Для этой награды указа товарища Сталина не потребовалось.

Не должны были трудармейцы нигде наследить. И все же "наследили". Наследил трудармеец Иван Филипович Вайс. Из под его пера вышла

Книга памяти

Вьпше уже упоминалось, что из Краснотурьинска мы привезли "Книгу памяти" И.Ф. Вайса. Просматриваешь книгу и видишь, как родные 18-ти - 20-тилетние братья умирали с интервалом в одну неделю. И Г. Вольтер в своей книге и все трудармейцы единодушно отмечают особо высокую смертность среди трудармейцев до Курской битвы. Решив проверить эти наблюдения я провел статистическую обработку этой скорбной книги. Полученные результаты я представил графически.

Что сразу бросается в глаза при анализе этого графика? Читая книгу В. В. Ченцова "Трагические судьбы" о политических репрессиях против немецкого населения Украины в 1920-е - 1930-е годы, возникла мысль об особой ненависти советской власти к украинским немцам. Чтобы проследить политику власти к разным группам немцам, я построил отдельные графики смертности для каждой группы. К первой группе я отнес всех немцев прифронтовой зоны, условно названные "немцы украинские". Ко второй группе отнесены все немцы поволжской зоны, подвергшиеся насильственнойдепортации, условно названные "немцы поволжья". К третьей группе отнесены немцы, которых уже некуда было выселять, условно названные "немцы сибирские". Читатели, знакомые с историей организации трудармии помнят, что первое постановление о мобилизации немцев в трудовую армию было принято в январе 1942 года. Почему же тогда умирать в трудармии начали уже в октябре 1941 года?

А к моменту официального начала трудармии смертность в Богословлаге (так официально называлась трудармия в Турьинских Рудниках) достигла своего первого максимума (по 6 — 10 человек в день умирало).

Дело, похоже, в том, что даже в дни панического отступления, ведомство Берии ни на минуту не забывало о советских немцах. Армия беспорядочно отступает и сотнями тысяч сдается в плен. Организовать оборону некому. Население на телегах, на тачках, а то и просто с вещмешками за плечами покидает обжитые места. Некому организовать эвакуацию, некому людей обеспечить транспортом. Но находятся силы, средства и транспорт, чтобы выловить из прифронтовой зоны советских немцев и организованно отправить их в тыл в еще не обустроенные концлагеря. Ведомство Берии, в отличие от ведомства Сталина, Жукова и Тимошенко, не было полностью разгромлено накануне войны.

Прибывшие в начале лютой североуральской зимы первые прифронтовые (украинские) немцы были обречены на немедленную смерть. Через 2 - 3 месяца (еще до прибытия поволжских и сибирских немцев) смертность в Богословлаге (так назывался трудармейский концлагерь в Турьинских Рудниках) достигла своего первого максимума только за счет прифронтовых немцев. По 6 - 10 человек в день умирало. И к моменту прибытия плановых трудармейцев, первая партия, видимо, вымерла почти полностью, так как смертность в их среде к марту месяцу резко пошла на убыль. Смертность же среди поволжских немцев еще только набирала темпы. Но достичь своего максимума еще не успела, - только что прибыли. Этим и объясняется некоторое общее снижение смертности среди трудармейцев к марту 1942 года (до 4 - 6 человек в день).

Но минула страшная зима 1941-го - 1942-го года. Казалось бы, летом смертность должна пойти на убыль. Однако, организованный сталинскими соколами голод, сделал свое дело, - смертность летом 1942-го года достигла своего абсолютного максимума за все время существования Богословлага - по 7 - 11 человек в день. "Достигнуто" это за счет высокой смертности среди поволжских немцев. Пришла их очередь. Естественно, не снизилась и относительная смертность среди украинских немцев. Но мало их осталось, поэтому и абсолютная смертность в их среде продолжала снижаться. Среди сибирских немцев смертность к лету хоть и стала повышаться, но абсолютного максимума не достигла, - сказались теплая одежда и сухари, взятые из дому, которые они умудрились растянуть на несколько месяцев.

Но осенью 1942 года питание на короткое время, видимо, улучшилось. Снизилась смертность по всем категориям немцев и общая смертность в Турьинских Рудниках (до 3-5 человек в день).

Из графика видно, что ненадолго хватило "усиленного" питания. Наступила вторая страшная зима в Турьинских Рудниках. Наступил третий максимум смертности. И, хотя, абсолютная смертность и не достигла прошлогоднего максимума, но, с учетом того, что к этому времени 20% трудармейцев уже вымерло, относительная смертность в эти несколько месяцев даже превысила уровень смертности в зиму 1942-м - 1943-м года.

Достигла своего максимума к этому времени и смертность среди сибирских немцев.

Уравнялись они со всеми. Опять резко возросла смертность среди украинских немцев. Но здесь умирали, видимо уже не те немцы, которые прибыли с первой партией. Не было у них шансов дожить до второй зимы. Все указывает на то, что после принятия постановления об организации трудовой армии, пошла зачистка по всей украинской земле, и отправка всех оставшихся немцев в лагеря. Они в эту зиму и умирали.

Но вот Победа в Сталинградской битве. Не знаю, улучшилось ли после этого питание в лагере. Если, даже, и улучшилось незначительно, то все равно это улучшение питания не может объяснить почти двукратное снижение смертности в феврале. Главный фактор в резком снижении смертности — моральный. Содержащиеся здесь в лагере "диверсанты" и "предатели" воспрянули духом. Появилась надежда на нашу конечную победу. Появились шансы остаться в живых. Надежда дорого стоит! И все же смертность оставалась еще высокой.

Все резко изменилось после Курской битвы. Через месяц после этой исторической для трудармейцев битвы смертность среди них снизилась в 10 - 15 раз и больше не повышалась! Не надо быть большим аналитиком, чтобы понять, что после Курской битвы норма питания была доведена до уровня, позволяющего человеку выжить и нормально работать.

И еще один момент: после Курской битвы Б. К. Кронова из Краснотурьинска удалили. Надо же кого-то назначить козлом отпущения за то, что в Краснотурьинске так безжалостно истреблялись сталинские "братья".

Анализируя сегодня ситуацию в Богословлаге, приходишь к выводу, что Кронов был вынужден разрываться между двумя взаимоисключающими задачами. С одной стороны надо было возвести алюминиевый комбинат и все сопутствующие объекты. Стране надо было переходить с фанерной авиации на цельнометаллическую. С другой стороны надо было уничтожить как можно больше "вредителей»... Полностью уничтожить всех не удалось, так как в этом случае комбинат не был бы возведен. Но основная задача все же была выполнена: была уничтожена значительная часть украинских и поволжских немцев, а немецкая интеллигенция была практически вся уничтожена. Поэтому немцы в течение 50-ти лет, начиная с 1941 года, и жили в "зоне полного покоя". Не пожалели в Краснотурьинске даже двух Марксов - Давида и Эдуарда. Несколько больше повезло сибирякам. Прибыли они в этот концлагерь на полгода позже украинских немцев, - к  концу зимы 1942 года - хорошо одетыми и с некоторыми запасами продуктов (что в дороге за две недели не съели). Однако нация немецкая, благодаря трудармии, исчезла. С сороковых годов все стали русскими. Так что трудармия свою основную задачу по ликвидации немецкой нации тоже полностью выполнила.

Математическая обработка приведенного графика позволяет выявить и общую картину по отдельным категориям немцев. Очевидно, что немцев Поволжья было мобилизовано в Богословлаг около 6100 (8000), немцев Украины - 2100 (3400), немцев Сибири (преимущественно из Омской области) - 2000 (2300) человек. Погибло: немцев Поволжья - 1800 человек или 30% (23%); немцев Украины - 1280 человек или 60% (37%); немцев Сибири - 381 человек или 20% (17%) от мобилизованных. По сведениям полученным в архиве УИТЛК УМВД по Свердловской области в Богословлаг было мобилизовано 10196 немцев. Однако не указано, на какую дату приведены эти цифры. Если это действительно все мобилизованные немцы, тогда верны цифры, указанные вне скобок. Если же в архиве хранятся сведения по выжившим после ликвидации трудармии немцам (что более вероятно), то тогда верны цифры в скобках.

И все же приведенные цифры и график смертности не вполне корректны, так как в "Книгу памяти" попали не все погибшие трудармейцы. Это и мои личные наблюдения и воспоминания ряда трудармейцев (в том числе и процитированного выше Г. Ф. Вильмана). Георгий Францевич вспоминает, что весной 1947 года ему было поручено систематизировать картотеку трудармейцев (тогда уже - бывших). При этом он получил указание откладывать в сторону карточки тех трудармейцев, про которых он точно знает, что их нет в живых. Так он и поступал. После тщательной проверки эти карточки сжигались. Естественно, что в книгу И. Ф. Вайса эти фамилии не попали. Не эта ли картотека, систематизированная Г. Ф. Вильманом попала в архив?

Есть и еще один контингент, который не попал в эту скорбную книгу. Как читатель помнит из истории, после Курской битвы англичане и американцы поняли, что Россия может победить и без них. Надо было поспеть к дележу победного пирога, поэтому они стали форсировать открытие второго фронта. А коль скоро эти заклятые империалисты стали нашими союзниками, то надо было несколько скрасить картину содержания в наших концлагерях. В том числе и смертность привести к какому-то приемлемому уровню. Это еще одна причина повышения нормы питания, кроме заботы о сохранении рабочей силы (не людей, естественно). И, тем не менее, так резко снизить смертность не удалось бы. Тогда руководство страны пошло еще на один шаг. Смертельно больных, уже не пригодных к физическому труду, стали "актировать". Выдавали им на руки документы, снабжали пайком до Свердловска и с сопровождающим отправляли до областного центра. Там его сажали на поезд, а дальше добирайся сам, как знаешь. Околел в пути - дело твое, в списках тебя уже нет... Был и из нашей деревни, по крайней мере, один актированный по фамилии Варкентин. Как его звали, - не помню. Через некоторое время после прибытия он умер. В скорбной книге его нет. Если же человек выживал, его вновь отправляли в трудармию.

Сколько людей бессмысленно погубили за эти годы! Насколько меньше сирот было бы в России, если бы эти люди погибли, защищая свою Родину! Сколько снарядов и автоматов они могли бы изготовить, если бы их с умом использовали на производстве! Как они могли бы приблизить день победы!

Останавливаясь столь подробно на "Книге памяти", я делаю акцент не на количестве погибших (на войне погибало не меньше), а на бессмысленности этих жертв. И на стремлении власти всеми возможными способами замолчать эти жертвы. А в результате этой политики замалчивания появляются в наши дни учителя истории, заявляющие: "... Мы образовали державу, а уже в нашей державе живут другие национальности" Это такие учителя воспитали депутатов региональных парламентов, выбирающих почетными гражданами города националистов. Все это уже было в истории. Только в другой стране...

Заключение

Закончить эти путевые заметки хочу еще одной цитатой из воспоминаний Г. Ф. Вильмана: "Мне уже 80 лет. Но я часто езжу в Краснотурьинск. Там проживает много моих родных. Там похоронены моя сестра с мужем. Всегда стараюсь посетить те места, с которыми связано мое прошлое... На водоспуске плотины, в честь погибших там трудармейцев, воздвигнут храм. Мэром города является замечательный человек, уважаемый всеми горожанами, сын бывшего трудармейца. Мы с его отцом работали в одной бригаде и в одном звене, в комсомольско-молодежной фронтовой бригаде лесорубов-двухсотников, в том далеком уже 1943 году"

* Эзау Я. Путевые заметки (рукопись).


 

Информационный центр: inform@rusdeutsch.ru
г. Москва, ул. Малая Пироговская, д. 5, оф. 51
Телефон: +7 (495) 531 68 88,
Факс: + 7 (495) 531 68 88, доб. 8

Частичное или полное использование материалов сайта возможно только с разрешения правообладателя.

разработка сайта ВебДом.Ру